Наш Телеграм канал https://t.me/molodostInUa

Спасибо Вам, родные!

Спасибо Вам, родные!

За время своей работы в журналистике мне приходилось сталкиваться с разными людьми и их судьбами. По долгу службы, я довольно часто встречался с очень известными в стране людьми, которые делились со мной самым сокровенным.

Поэтому, получив на редакционной планерке «партзадание» встретиться для интервью с ветераном Великой Отечественной, я воспринял это без особого энтузиазма.

Перебрал в уме несколько кандидатур, меня буквально осенило — да ведь мой 96-летний прадед по линии отца подходит для задания в самый раз. Почему бы не соединить приятное с полезным и не навестить деда, с которым вижусь, признаться честно, пару раз в год.

Тогда я и не догадывался, что предстоящая встреча полностью перевернет мое отношение к именитому родственнику и к Великой Отечественной войне вообще.

— Не дай Бог, сынок, кому-то пережить такую войну, как мы пережили, — начал свой рассказ 96-летний Алексей Тимофеевич Шиян. — Забрали нас на фронт как раз 22 июня 1941-го года, в день, когда все и началось. В первую очередь брали тех, кто отслужил, и тех, у кого были водительские права. Так как у меня все совпало по обоим параметрам, меня забрали в первых рядах. Нас, молодых хлопцев, распределили в артиллерийский полк и из Ташкента, где мы дислоцировались, отправили в Белгородскую область отвоевывать Украину из немецких лап.

Огонь

Свой первый «визит» на украинскую землю Алексей запомнил на всю жизнь. Когда они с боевыми товарищами переплывали через Северский Донец, то попали в настоящую перестрелку — с одного берега бойцы Красной Армии обстреливали фашистов, а с другого немцы — наших. Солдаты попросту оказались меж двух огней.

По словам Алексея Тимофеевича, много его товарищей сложили свои головы, пока они кое-как добрались до «советского» берега.

Впрочем, на своей стороне солдат ждал не менее «радушный» прием.

— Нас схватили как каких-то предателей, — рассказывает дед. — Спрашивают: «Вы кто такие? Откуда? Вы немецкие шпионы, мать вашу!» Один командир схватил меня за шиворот и говорит: «Покажи документы, сволочь!» Я показал, он говорит: «Расстрелять его!»

Спас Алексея от неминуемой смерти только счастливый случай — оказалось, что командир, не умевший читать, принял его документы за немецкие, и только девочка-секретарша сумела довести неграмотному вояке, что солдат свой.

Окружение

Доказав свою причастность к Советской Армии, Алексей получил в распоряжение американский «Студебекер», 76-милиметровую пушку и расчет (небольшое штатное воинское подразделение, обслуживающее боевую машину — прим. автора), после чего солдаты двинулись дальше.

Впрочем, уже скоро бойцов настигла новая неприятность.

— Мы попали в окружение, немцы зверствовали, как хотели — тех, кто признавал советскую власть, сначала избивали до полусмерти, а потом расстреливали без сантиментов, — рассказывает Алексей Тимофеевич. — Мне и еще двум товарищам чудом удалось сбежать из плена, но вскоре нас догнали немцы с собаками, поэтому, чтобы не попасться, мы ночью ползли, а днем прятались в зарослях.

Предательство

Ребята чудом доползли до какого-то села и, узнав, есть ли здесь немцы, попросили хотя бы попить водички.

Смилостивилась над ними одна женщина, предложившая подождать, пока она подоит корову. Впрочем, это была еще одна западня на их нелегком пути — оказалось, что таким образом «сердобольная старушка» сдала немцам не одного жаждущего советского солдата.

— Мы избежали смерти только благодаря женщине по имени Настя, помощь которой мы никогда не забудем. У нее на войне погибли сын и муж, и она из памяти к ним приютила нас, выхаживала, лечила от тифа, просто спасла наши жизни, вспоминает ветеран. — У нее мы и переждали блокаду, пока не пришли наши войска, и мы двинулись дальше.

Голод

В составе 4-го украинского флота Алексей с товарищами пешком (!) прошли всю Европу, отвоевав у фашистов Румынию, Венгрию и Чехословакию.

Вопреки расхожему мнению, что наших солдат в Старом Свете встречали как героев, на самом деле за рубежом были не так рады освободителям.

— Из-за того, что мы все время шли пешком, мы были очень голодные. Поэтому по дороге просили у местных жителей хоть что-нибудь перекусить. Но на наши мольбы нам отвечали только: «Вас здесь тысячи проходят, каждому давать поесть что-ли, нам и самим нечем питаться».

Любовь

Война закончилась для Алексея Тимофеевича аж 10-го ноября 1945-го года. Приехав домой, через 8 лет он нашел любовь всей своей жизни, с Любовью Федоровной они живут душа в душу вот уже 47-й год. Удивительно, но в свои 96 лет дедушка Алексей до сих пор чувствует себя молодым парнем, более того, вся работа по хозяйству в селе на плечах этого, без четырех лет столетнего (!), деда.

— А ведь иначе никак нельзя, сынок, ведь в движении жизнь, — с мягкой улыбкой говорит он. — Единственное, что не нравится, так это то уж очень скучно, все время вдвоем и вдвоем, ни друзей, ни подруг, не с кем и пообщаться, спасибо хоть внуки и правнуки, хоть редко, но приезжают...

... После его слов мне стало вдруг очень стыдно. К своему прадеду я действительно приезжаю очень и очень редко: дела, заботы, работа, семья — все это отнимает львиную долю времени. Я пишу о чужих историях, а свои-то, вон они, совсем рядом.

Мы слишком много времени уделяем мирской суете, вспоминая о своих геройских стариках только накануне Дня Победы. А ведь для многих из них он может стать последним...

Валентин Цимох



Анонсы