Подписывайтесь на наш Телеграм канал https://t.me/molodostInUa

Новости

«У нас не было ни копейки, но нас это не остановило»

«У нас не было ни копейки, но нас это не остановило»

02 августа 2022

 

Красивая пара улыбается на фоне роскошного поля лаванды, выращенной собственными руками. Это аватарка из Фейсбука священника Александра Сорокина.

Так и не скажешь, сколько бед пришлось пережить отцу Александру и его матушке Екатерине, прежде чем они получили возможность сделать такое фото. Ведь на снимке – люди, которые потеряли всё из-за войны, включая построенный храм, дом, здоровье. 

В 2015 году Сорокины выехали из Авдеевки (Донецкая область). Как они нашли силы начать жизнь с нуля и где взять мужество, чтобы встретиться с новым витком войны, спрашиваем у главы этого замечательного семейства.

Молодожёны Александр и Екатерина, Херсон, 1998 год

— Батюшка, вы до 2015 года служили в Авдеевке. Вы и родом оттуда? 

— Мы с матушкой родом из Херсона, там наши корни. В Херсоне я учился, окончил школу, институт, работал… Там же, по окончании школы, начал ходить в храм, встретил матушку, свою любовь, в 2002 году стал священником. А в Авдеевку попал в 2006 году. На тот момент я был уже четыре года в сане, двое детей. 

— Как вы оказались на Донбассе?

— В Авдеевку я попал по ходатайству известного на Донбассе архимандрита, который в то время был строителем и настоятелем двух строящихся в Авдеевке храмов. Мы с ним познакомились во время празднования его именин в 2006 году – тогда в составе хора академического храма Киевской Духовной Академии я приезжал его поздравить.  

Вообще, в Херсонской епархии церковная жизнь всегда текла спокойно и размеренно, а мне хотелось активно заниматься миссией, проповедовать Евангелие, быть причастным каким-то большим и глобальным православным проектам. Вдобавок я служил вторым священником, поэтому, как мне тогда казалось, «развернуться» было негде. Тем не менее ещё в Херсоне вместе с друзьями собратьями-священниками мы организовали «Різдвяний хатній вертеп» — ежегодную костюмированную рождественскую постановку с пением колядок; были постоянными участниками хора Херсонского музучилища, где, помимо светских произведений, исполняли и духовные песнопения. В общем, проповедовали как могли!

Донбасс в то время был для нас, простых священников, Землёй Обетованной! Крупные просветительские проекты, мощные церковные СМИ, православные центры, строительство прекрасных храмов — всё это манило нас, горячих провинциальных клириков.

Вот тогда на именинах у этого архимандрита я спросил, нет ли у него места в штате. Он сказал, что поищет. Так я оказался на Донбассе.

— Переезжать к мечте — иначе, наверное, чем переезжать из-за войны…

— Конечно! Ты полон надежд и оптимизма, несмотря на то, что любой переезд — это как небольшой пожар. Плюс маленькие дети! Но Господь очень помогал. Все наши переезды, а их было восемь, всегда получались более-менее безболезненными и благополучными. 

Тогда, при переезде в Авдеевку, Катина бабушка жила в Крыму, я на время семью отправил туда, а сам занялся хлопотами. Искал в Авдеевке жильё, перевозил вещи. Господь послал добрых людей — мы нашли небольшую двухкомнатную квартиру, прожили в ней несколько лет. Правда, квартирка была маленькая, мы тогда даже не все ящики распаковали. Один из них распаковали уже здесь в Киеве, совсем недавно. Он стоял собранный с 2006 года!

— Как начиналось ваше служение в Авдеевке? И где?

— Вначале я служил в храме во имя равноапостольной Марии Магдалины. Потом — в храме святого Архистратига Божия Михаила. Везде был вторым священником. 

В Авдеевке есть особо почитаемое еще с XVIII века святое место —  источник святителя Николая Чудотворца. Множество людей приезжало сюда окунуться, попить воды — были реальные случаи исцелений и даже явление Николая Угодника. Этот источник расчистили, поставили здесь часовенку. Нам с матушкой поручили развивать это святое место. Я получил сюда от архиерея указ, мы благоустроили территорию, поставили временный храм, начали совершать богослужения. Многие люди стали сюда приезжать. 

Мы с Катей очень полюбили это место: окраина города, дубовый лес, тишина, красота… Поют птицы, полное умиротворение, единство с миром Божиим, с природой. Наше лавандовое поле «выросло» именно из источника святителя Николая Чудотворца, из нашей любви к нему и природе. 

Богослужение под открытым небом на Источнике святителя Николая Чудотворца в Авдеевке, 2013 год

На источнике был удивительный опыт богослужения под открытым небом. Это просто фантастика! Ты стоишь под этими дубами, вербами, молишься — либо акафист читаешь, либо Литургию служишь — и чувствуешь, что весь мир — один большой Божий Храм.

Там есть отдельная часовенка, около источника, в честь Божией Матери. На большие праздники мы обустраивали рядом с ним алтарь, люди стояли вокруг и молились…

— Чем-то ещё занимались, кроме обустройства источника?

— По мере сил и возможностей старались заниматься христианским просвещением — всё-таки миссия для нас всегда была важна. На Источнике организовали хорошую православную книжную лавку с большим выбором по доступным ценам. 

Ещё занимались Авдеевским православным просветительским центром – на его базе проводили еженедельные евангельские встречи, праздничные мероприятия, концерты. Работали со школьниками, была своя «молодёжка». Тесно сотрудничали с городским Дворцом культуры, двумя авдеевскими библиотеками — взрослой и детской, регулярно делились с ними православной литературой. Впоследствии библиотекари стали нашими прихожанами. Такая вот получилась миссионерская коллаборация. 

Но главной моей мечтой стало строительство на Источнике большого деревянного храма в честь святителя Николая Чудотворца. Мы разработали уникальный проект по особой технологии: рубка в «канадский замок» или в так называемую «северную чашу» — это когда при усадке храма щели между бревнами не увеличиваются, а наоборот, уменьшаются. Храм получился красивым — высоким, с толстыми нестандартными брёвнами.

Строительство Свято-Николаевского храма в Авдеевке

— Сколько времени ушло на строительство?

— На Источник я попал в 2008 году, и с того времени мы начали подготовку, занялись проектом, привлекали специалистов. Параллельно благоустраивали часовню на Источнике и прилегающую территорию. А к концу 2013 года закончили возведение стен храма и подняли центральный шатёр-купол. 

Только натянули по крыше ветро-влагозащиту, как начались боевые действия и строительство пришлось остановить. Я продолжал служить в храме, оставался до того момента, пока военные не сказали: всё, доступ для гражданских на территорию лесопосадки закрыт. 

— Где вы жили с семьёй на тот момент?

— В полуторах километрах от Источника, на предпоследней улице Авдеевки. Купили там маленький домик, сделали ремонт, кое-что достроили. До этого у нас никогда не было своего дома. Мы его закончили, заселились, пожили 9 месяцев и вынуждены были уехать из-за войны.

— Как в вашу жизнь пришла война?

— В день, когда в Донецке начались боевые действия, у нашего сына Андрюши был выпускной после окончания 9 класса. Когда я его забирал на машине, мы увидели бой в Донецком аэропорту — летали вертолёты, велась стрельба. С окраин Авдеевки хорошо виден аэропорт. Через какое-то время начались обстрелы Авдеевки и пошли пролёты уже над нашим домом. 

Мы отправили детей к родителям в Киев, сами остались дома. Началась жесть: регулярные обстрелы, перебило провода — пропало электричество, вместе с ним и вода. Несколько месяцев мы прожили без света. Выручал генератор, готовили на улице, на костре. Но мы держались на позитиве, обстрелы воспринимали относительно легко. И так несколько месяцев.

Потом было затишье перед Новым 2015-м годом. Накануне, 31 декабря, мы всей семьёй возвращаемся домой в Авдеевку. Празднуем Новый год, Рождество Христово — всё тихо, мирно, Слава Богу! Думаем: ну всё, закончилось! Продолжаем жить. 

А утром 14 января в 7 часов утра начинается обстрел из градов нашей улицы. Просто чудом в дом не попало, — в огород прилетело, вокруг дома… Мы тогда проснулись от громких взрывов и сильной вибрации. Когда всё закончилось, позавтракали, собрали вещи, и я отвёз семью обратно в Киев.

— Каково было матушке? Женщины обычно очень привязаны к дому. 

— Сразу скажу, что для нас дом — это там, где наша семья, и вообще, где живут вместе любящие друг друга люди. Конечно, потеря была огромной — столько любви и труда было вложено в этот дом! Но моя Катя умница! Она очень здраво рассуждает. Тогда она сказала так: «Надо спасать жизни — детей, свои, потому что — не дай Бог!»

Мы поняли, что нельзя дальше оставаться. Никому не поможет то, что мы сейчас героически все погибнем. Поэтому и местным говорили: если есть возможность, уезжайте, пожалуйста! В общем, семью я отвёз к родителям в Киев, а сам вернулся.

Мы много чего лишились тогда, кроме дома. У нас бабушка жила в Крыму, мы всегда летом отдыхали у неё. Для нас потеря Крыма стала большим горем… Я уже не говорю о потере храма — это очень тяжело. Это ранит в самое сердце. Буквально два месяца назад мне сообщили, что наш храм сгорел — туда попал снаряд… 

Свято-Николаевский храм в Авдеевке, повреждённый в результате боевых действий (до попадания в него снаряда в 2022 году)

Хотя я давно стараюсь принять всё происшедшее как волю Божию, как Господне благословение нам начать всё с чистого листа, но сердце болит и храм на Источнике часто снится. У меня нет иллюзий, что я туда вернусь. Думаю, что восстанавливать всё и продолжать там уже будет кто-то другой. А нам — куда Господь ведёт, там и трудиться. 

Отец Александр Шмеман и отец Павел Флоренский в своих дневниках и письмах говорили, что всё остаётся в Вечности. Всё, что было и, казалось бы, ушло, пропало, разрушилось. Все наши труды не пропадают даром. Всё ждёт нас там. 

Мне часто снится сон, что мы с семьёй оказываемся в каком-то удивительном месте и видим прекрасные храм и дом. И мы знаем, что это наши храм и дом, который мы строили. Просто они теперь там. Они где-то там есть. 

— Матушка и дети ваши выехали первыми. А вы когда приняли решение уезжать из Авдеевки?

— В памяти всплывает такое воспоминание зимы-весны 2015 года. Я служу на Источнике, а мой друг, отец Артемий, благочинный — в Михайловском храме. Он тоже вывез семью, и мы всё время проводим с ним вместе, делим тяготы войны. 

Света нет, воды нет… Ещё осенью я купил небольшую печку, поставил её на чердачном этаже в гараже, и мы с отцом Артемием топим печку дровами, варим на ней «Мивину» с «гуманитарной» тушёнкой — слава Богу, было что есть. 

И вот, уже легли отдыхать, как над нами начинают летать грады, снаряды, и отец Артемий говорит: «Батюшка, отец Александр, давай попрощаемся на всякий случай. Ведь непонятно, доживём ли до утра». Это настолько запомнилось! «Прости меня!» — «Бог простит! И ты меня прости». 

Я прослужил в Авдеевке до 22 июля 2015 года. Служил, до конца не понимая, что делать — прихожан практически нет, средств к существованию тоже… У матушки в Киеве проблемы со здоровьем начались. И я попросил у архиерея отпускную грамоту.

— Проблемы со здоровьем матушки были связаны с войной?

— Ещё летом 2014 года, когда мы вдвоём с Катей бесстрашно жили под обстрелами и поехали в Киев проведать детей и родителей, на третий день пребывания в тишине и покое с нами начало твориться что-то непонятное — во время вечерней прогулки по селу нас начало трусить, случилась паническая атака. Оказалось, нервная система поняла, что можно расслабиться, и дала знать о себе. Пришлось пить успокоительное. 

Нервные расстройства нас не оставляют и сейчас. Это периодические панические атаки, депрессивные мысли. Как правило, это случается, когда бывает переутомление. Отдохнул, помолился, послужил, — всё приходит в норму. Переутомился — опять сбой. 

Кроме молитвы, духовной работы над собой и Божественной литургии, в которой мы черпаем духовные силы, с посттравматическим синдромом помогают справиться любимая музыка, просмотр хорошего кино в кругу семьи, выезд в город, прогулка по паркам и дворам старинных домов, чашечка хорошего кофе с любимыми людьми, путешествия (пусть даже на короткие расстояния) и другие маленькие радости. 

Никогда не жалейте денег на отдых и путешествия! Сегодня это может звучать дико, но поверьте, отдых и путешествия — лучшие лекарства от ПТСР. 

Когда я стал жить в Авдеевке, а семья в Киеве, матушка за меня сильно переживала, на этом фоне у неё очень пострадала щитовидка, пришлось пить гормональные препараты. Но Катя молодец — взялась за своё здоровье, пошла на курсы экстренной психологии, начала работать над собой, помогать другим. Меня взяла в оборот! Теперь у меня есть свой  личный психолог.

Но почему в Киеве наши стрессы продолжились? Дело в том, что мы приехали на голое место, нужно было с нуля налаживать жизнь. Я поначалу думал: живём у родителей, жильё не снимаем, всё должно быть нормально. Но не тут-то было!

— Чем вы занялись, когда переехали в Киев?

— Однажды я поехал на молодёжную конференцию в Коблево, где поделился опытом в докладе «Война глазами священника». Организатор и духовный вдохновитель конференции владыка Иона (Черепанов) был очень тронут и оказал моей семье всяческую поддержку. Так что мы приехали в Киевскую епархию, начали ходить в Ионинский монастырь, где я сослужил братии обители. Потом владыка помог устроиться в Свято-Троицкий храм на ул. Жилянской, к отцу Константину Курбанову.

Раскрою небольшой секрет. Киевское духовенство, как правило, где-то подрабатывает. Поэтому первые полгода я работал таксистом в Uber. Иногда пассажиры спрашивали: «А где Ваша основная работа?» Начинаешь рассказывать, что ты священник. — «А почему на такси?» — «Ну, мы беженцы, так мол и так». Потом начинают спрашивать тебя о духовных вещах.

— Где взять в себе силы в таких сложных условиях, чтобы подняться? 

— Для верующих всё намного проще. Тем более когда ты священник — ведь Господь Своих не оставляет. Это сильно ощущается. И даже когда что-то негативное происходит в твоей жизни, всё равно ты чувствуешь, что Господь тебя несёт на руках, даёт силы и мудрость. Главное — не говорить: «Господи, все эти несчастья произошли по Твоему попущению, вот всё Сам и управь». Такого не будет. Господь даёт силу и помощь, когда ты сам начинаешь выкарабкиваться. Это надо понимать. 

Самое ценное, что дал мне Господь в этом испытании, — то, что мы все живы. Хотя были такие моменты, что мы реально должны были погибнуть или остаться калеками. Но мы живыми выехали — это уже подарок от Господа. 

Какие-то увлечения, которые были интересны до войны, пригодились в том, чтобы встать на ноги. Когда стал работать ресурс church.ua, где можно было создавать сайты для храмов и благочинний, причём бесплатно, мне это стало интересно. И я увлёкся. Создал сайты для своего прихода и для других 16 храмов нашего благочиния. Стал в этой теме разбираться. И когда владыка Иона узнал, что я делал сайты в Авдеевке, он спросил: «Отец Александр, а смог бы ты сделать сайт Ольшанского монастыря?» И я на той же платформе сделал первый сайт Ольшанки. Он заработал, а мне было интересно развиваться дальше. Появилась работа по вёрстке сайтов (отец Александр — создатель и нашего сайта — Прим. Ред.). 

— Вы параллельно таксовали и делали сайты?

— Моя работа в такси продолжалось не очень долго. А вот работать на удалёнке — перспективная тема. Даже если война — ты забираешь ноутбук и едешь дальше. Ещё в Киеве я начал работать в благотворительном фонде «Фавор», занимаюсь там в основном информационными технологиями. 

— Недавно у вас с матушкой появилось своё красивейшее лавандовое поле. Его не так-то легко взять с собой и уехать! 

— Мы, когда переехали, думали: может, открыть своё дело? Я думал — пусть Катя занимается, а я буду служить в храме и в свободное время ей помогать. Милостью Божией, в 2017 году получилось продать наш дом в Авдеевке. Люди его купили за чисто символическую сумму. Но тем не менее какая-то денежка была. И мы с Катей такие: «Давай откроем кофейню!» — «Давай!» А на OLX есть масса объявлений по продаже бизнеса. Примерно год искали и чуть не купили магазинчик по продаже крафтовых сыров. Уже везли деньги, но какие-то люди нас опередили. Мы расценили это так, что Господь не благословил. 

Давай опять думать. Я говорю: недавно прочитал, что под Киевом поле есть с лавандой, а если и нам такое завести? Эта идея нам очень понравилась! Мы поняли, что Господь приготовил нам что-то более интересное, чем сырный магазинчик. Загорелись и уже через пару дней начали ездить и высматривать земельные участки. 

Как мы эту землю нашли — маленькое чудо. Есть село, в которое я регулярно ездил причащать бабушку, мать прихожан нашего Троицкого храма. И в каком бы настроении я ни был, но когда ехал по этой дороге, мне всегда становилось удивительно хорошо, я давно это заметил. И когда уже искали землю в окрестностях, я говорю матушке: «Вот, есть такое направление, оно не сильно близко от дома, километров 20, но давай поедем посмотрим!» И именно там нашли подходящий участок. 

Всё у нас пошло очень быстро, хотя к тому моменту уже совсем не было денег — мы их потратили на систему отопления для дома, где сейчас живём. Но и с денежкой на задаток нам кумовья помогли, и продавец земли согласился год подождать, пока мы ему всё выплатим. 

Словом, замечательно всё управилось. И земля подошла, и участок как надо. Ведь выращивать лаванду для фотозоны — это целое искусство… Не должно быть проводов, заборов на заднем плане. Надо высаживать по направлению к западу, чтобы вечером для фотосессии свет был красивый. И так далее.

— Откуда вы знали такие нюансы?

— Это всё матушка, она интересовалась этой темой. Я был готов купить первую попавшуюся лаванду, посадить непонятно где и как. Она говорит: «Стоп, давай цвет выберем». Выбрали сорт с ярким цветом, красивым, и сейчас наша лаванда пользуется у фотографов спросом. Они говорят: «Вашу лаванду не надо подкрашивать в Фотошопе». 

Отец Александр и матушка Екатерина

— То есть изначально вы купили поле именно под фотозону?  

— Наша первая цель была — приобрести что-то своё, свою земельку, на которой потом можно будет небольшой домик поставить (его строительство сейчас в процессе. — Прим. Ред.). Жить в красоте, заниматься красотой, благоустраивать территорию. Мы к этому привыкли ещё на Источнике.

И вот уже второй год сдаём наше поле под фотосессии. Приезжает очень много людей! За эти восемь лет мы стали немножко отшельниками, ты закрываешься в этих стрессах, не хочется никого видеть, ни с кем общаться. А тут — постоянное общение с людьми, очень хорошая терапия. Ты рассказываешь о лаванде, видишь, как люди радуются. Даришь эту красоту… 

Мы очень любим лаванду, ещё из Крыма. Для нас это растение — особенное. 

Прошлогодний урожай лаванды мы собрали, переработали. Теперь продаём эфирное лавандовое масло и стопроцентный лавандовый гидролат — так называемый тоник, цветочная вода. Фантастический продукт! Имеет антибактериальное, противовирусное, противогрибковое свойство. Гидролат можно использовать даже как антисептик, он снимает раздражение. Словом, жидкий крем!

А ещё начали мечтать, что было бы чудесно поставить на нашем поле часовенку и, как когда-то давно на Источнике, служить Богу в тихом, отдалённом месте. К тому же в такой красоте люди могут захотеть, например, обвенчаться или покрестить малыша. 

— Как вы восприняли новый виток войны 24 февраля? У вас уже и лаванда растёт, и отопление в дом провели, и на поле строительство началось, а тут…  

— Когда всё началось, мы решили — пусть будет, как будет, нам не привыкать. Внутри такое спокойствие было от осознания, что правда на нашей стороне и Господь обязательно заступится. А ещё — потому что ты уже знаешь, как поступать в таких ситуациях. Понимаешь, что нужно делать. 

Когда начало греметь рядом с нами, мы на месяц выехали во Львовскую область к моему другу, отцу Дионисию Буренко. Когда вернулись, приехали на своё поле — и хоть бы кустик пропал! Лес для стройки лежит, вагончик строительный стоит, всё на месте! Как потом оказалось, наши военные из теробороны присматривали, чтобы туда никакая ДРГ не зашла. 

Строительство дома на лавандовом поле

— Как пережитый опыт военных действий помогал вам в пастырском служении?   

— Люди, видя твоё спокойствие, веру, уверенность в Боге, в том, что всё будет хорошо, что это не конец света, и сами успокаивались. 

Хотя мы и беженцы с 2014 года, и тут застали войну, но у нас нет, слава Богу, такого ужасного опыта, как у людей в Буче, в Харькове, Мариуполе. Жителям этих городов я даже не знаю, что сказать и как утешить. Если приходится общаться с теми, кто пережил подобный ужас, для меня самое главное — просто человека выслушать и помолиться за него.

Сейчас на каждой Литургии у меня обязательная частичка — за наше воинство, за страну, за власть, за воинов раненых, пленённых, за беженцев. 

— Что можно сказать в утешение тем, кто из-за войны больше не решается мечтать?

— Скажу сейчас о самом главном опыте нашей семьи. Для нас мечтать — это как дышать воздухом. Мы всегда мечтали!

Господь пришёл для того, чтобы мы имели возможность мечтать и воплощать мечты в жизнь. В мечтах мы имеем бесконечную свободу — это и радостно, и опасно одновременно. Потому что мечты — это то, что растёт из твоего сердца. 

Храни в своём сердце Христа, искореняй из сердца зло, проверяй сердце Евангелием и благо ти будет! А если в твоём сердце вместо Христа поселяется ненависть, зависть или, например идея «собрать все исконные земли» либо желание «осчастливить»  или «освободить» кого-то без его на то согласия, такие стремления принесут очень много беды, в первую очередь тебе самому. 

Всё то, чего мы достигли и достигаем в нашей семье, — это благодаря Божией помощи, Божьему благословению на наши мечты. Даже в мечтах о маленькой кофейне мы чувствовали Божье благословение — Господь будто говорил нам: «Молодцы, мечтайте! Это Я вам, конечно, не благословлю, но не останавливайтесь, идите дальше!» Но, не благословляя осуществиться каким-то мечтам, Он тем самым будто бы сказал: «Это мало для вас, это не ваш уровень, вы слишком мелко взяли, мечтайте поинтереснее». Здесь, на своем поле, мы можем реализовать себя намного больше, чем в маленьком кафе. И часовенку можем построить, и Богу служить.

Мечтать очень важно. А если ещё и с молитвой! Посмотрите на отца Андрея Пинчука. Что творят они с матушкой Ольгой! Мечтают и делают, трудятся. То есть не просто мечтай, но поднимайся, иди и делай. 

Когда мы с матушкой начинали, у нас ни копейки не было, ни гроша. Но нас это не остановило. Мы просто пёрли как танки. Просто молились: «Господи, благослови!» Я на Литургии вынимал и до сих пор вынимаю частичку за свою семью: «Господи, помяни нас, грешных рабов Твоих, во Царствии Твоем! И благочестивое христианское житие наше и благие намерения и дела наша благослови… Еже благополучно во славу Твою совершити». 

Ирина Гринюк, Священник Александр Сорокин, 
журнал "Отрок" проект #ДавайтеОбсуждать

 

Друзі! Долучайтеся до створення простору порозуміння та єдності)

Наш проєкт — це православний погляд на все, що відбувається навколо Церкви і в Церкві. Відверто і чесно, на засадах взаємоповаги, християнської любові та свободи слова ми говоримо про те, що дійсно хвилює.

Цікаві гості, гострі запитання, ексклюзивні тексти — ми існуватимемо й надалі, якщо ви нас підтримаєте!

Картка Приватбанка: 5168 7520 0354 6804 (Комінко Ю.М.)

Ви донатите — ми працюємо) Разом переможемо!

 



Просьбы о помощи

Анонсы